The analysis of the link, its goals and forms of implementation is carried out. The origins of this type of criminal punishment date back to the XVI century. However, the government during this period, due to the imperfection of the state and punitive and repressive apparatus, was still unable to organize the process of attracting convicts to work to solve pressing problems of the state. The initial use of the link was associated with the development of new territories and their Russification. In the XVII–XVIII centuries. Exile to the settlement and penal servitude were the first organizational and legal forms of using the labor of persons sentenced to criminal punishment. The appointment and execution of punishments related to deprivation and restriction of liberty began to be determined not only by legal goals, such as intimidation, retribution and isolation of the criminal from society, but also by the economic interests of the rapidly developing Russian absolute monarchy. Thus, in the XVII–XVIII centuries, the economic factor played a dominant role in the formation of penitentiary policy, and the scope of application of exile was constantly expanding.
punitive policy, crime, punishment, exile, penal servitude, death penalty, colonization of Siberia, places of settlement, Cathedral Code of 1649, Military Article 1715
Российские правовые традиции имеют богатую историю. Формирование и эволюция основных институтов, отраслей и понятий российского права не раз становились предметом детального научного исследования, в том числе не оставался без внимания и институт уголовных наказаний. Изученный исторический опыт, затрагивающий специфику и особенности применения уголовных наказаний в предшествующие периоды, в частности, ссылки, может лечь в основу совершенствования современного российского уголовного и уголовно-исполнительного законодательства. При анализе данной проблемы следует сосредоточить внимание не только на аспектах правового регулирования ссылки, но и на причинах и факторах, приведших к ее закреплению в системе уголовных наказаний Московского государства и Российской империи, а также ее целей и форм, роли и значения ссылки как инструмента решения внутриполитических задач.
В уголовной практике Российского государства ссылка впервые стала применяться в XVI в. Создание единого централизованного государства сопровождалось борьбой с остатками феодального сепаратизма и, как следствие, в отношении лиц, недовольных новыми порядками, стало применяться новое уголовное наказание в виде ссылки. Так, после присоединения Пскова к Москве в 1510 г. 300 знатнейших псковских фамилий были переселены в другие города. Параллельно идет процесс закрепления ссылки в системе церковных наказаний. Неугодные церковные иерархи по распоряжению монарха или решению церковного суда ссылались в отдаленные монастыри. В первую очередь можно указать на ссылки сторонников нестяжателей — Гурия Коровина, игумена Хутынского монастыря и Максима Грека, критиковавшего образ жизни отдельных представителей русского духовенства и выступавшего против «сребролюбия», царящего в церкви.
В середине XVI в. ссылка получает законодательное закрепление. В ст. 7 Судебника 1550 г. упоминается ссылка в виде «опалы». В губных грамотах XVI в. часто встречалось ссылка в форме «выбыти вон из земли», «выслати из волости вон» [3, с. 122].
Характеризуя XVII в., исследователи называют его «бунташным» и «богатырским», веком, в котором были заложены основы будущих петровских преобразований. Россия в XVII в. являлась динамично развивающимся государством с постоянно расширяющейся территорией, чьи насущные проблемы требовали пристального внимания к демографической ситуации и равномерного расселения подданных по всей территории страны с целью удержания присоединенных земель. Начиная с XVII в. развивается значение ссылки как меры, заменявшей иные наказания, преимущественно смертную казнь. Соборное Уложение 1649 г., упоминало ссылку в качестве дополнительного наказания, закрепив порядок ее применения. Согласно ст. 10 гл. ХХI «О разбойных и татиных делех» в отношении вора, пойманного на второй краже, помимо телесного («бить кнутом») и членовредительного («урезав у него праваго уха») наказания, а также тюремного заключения («посадить в тюрьму на четыре года») применялась ссылка — «сослати в Украйные же городы ...» [4, с. 383–407]. Статья 16 добавляет: «а будет приведут розбойника… А как он в тюрьме три годы отсидит, послати в Украйные городы, где государь укажет, и велети ему в Украйных городех быти…» [4, с. 383–407]. Кроме ссылки в «украйные городы» в Уложении упоминались и другие варианты «сослать, куда Государь укажет», «ссылати их в Сибирь на Лену» [6].
По Соборному Уложению 1649 г. ссылка не являлась самостоятельным наказанием, а выступала в качестве дополнительного. В частности, она сопровождала торговую казнь (гл. X, ст. 129, 198; гл. XIX, ст. 13 и др.), членовредительные наказания (гл. XXI, ст. 9–11, 16; гл. XXV, ст. 16), тюремное заключение (гл. XXI, ст. 9–11, 16), отрешение от должности (гл. X, ст. 129).
Новоуказные статьи о татебных, разбойных и убийственных делах 22 января 1669 г. закрепляли ссылку в п. 47: «а которые люди оговорных людей у посланников выбьют, и про то сыскивать всякими сыски накрепко, и будет по сыску, то их воровство сыщется допряма, и тех людей бить кнутом, да на них же имать на великаго государя пени по пятидесят же рублев, а истцом иск; а которым заплатить нечем, и тех ссылать в Сибирь» [7]. На основании указов 1679–1680 гг. за воровство полагалась ссылка в Сибирь, хотя ранее воров приговаривали к отсечению рук, ног или двух пальцев, таким образом, происходит изменение вектора уголовно-правовой политики государства — использование осужденных для освоения новых территорий [1]. С 1681 г. ссылка стала применяться к купцам и торговцам, использовавшим фальшивые весы и меры. В перечисленных указах не регламентировался порядок применения ссылки, из чего следует, что данные вопросы решались местными властями, исходя из специфики местности и стоящих перед ними задач. Расширяется география мест поселения: кроме Сибири начали ссылать в Архангельск (по отписке 1649 г.), Холмогоры (по выписке из дела о бунте Степана Разина), Устюг (по делу 1682 г.), Пустозерск (по грамоте 1684 г.), Казань (по указу 1664 г.), Симбирск (по делу 1682 г.), Азов (по указам 1696,1699 гг., по памяти 1697 г.), Пермь (по грамоте 1684 г.) и др.
Таким образом, ссылка окончательно закрепляется в отечественной карательной политике, а ее широкое использование было продиктовано сугубо утилитарными соображениями. Г. С. Фельдштейн считал, что «ссылка в том виде, как она начинает применяться на Руси во второй половине XVI в. и окончательно складывается в XVII в., несет на себе печать полезности и удивительного соответствия с целями общего государственного управления. Практикуясь вначале, главным образом, в отношении преступников политических и религиозных для доставления стране безопасности, она вскоре с успехом начинает поставлять себе более широкие задачи внутренней политики» [23]. Приговаривая преступника к ссылке, государство, с одной стороны, карало преступника за совершение противоправного деяния, с другой стороны, ссыльные обеспечивали русификацию того региона, куда они направлялись, а также восполняли недостаток рабочей силы. Тюремное заключение отходит на второй план: строительство тюрем и содержание заключенных обходилось слишком дорого государственной казне, тюрьмы были переполнены, а сосредоточение тюрем в центральных регионах негативно сказывалось на криминогенной обстановке [1].
Н. Д. Сергеевский отмечает, что «непроизводительная ссылка почти не практиковалась; она употреблялась в сравнительно немногих отдельных случаях, во-первых, по отношению к преступникам религиозным и политическим, во-вторых, по отношению к должностным лицам, заслужившим гнев государя» [2, с. 228–229].
Проводимые Петром I реформы требовали колоссальных материальных и людских затрат. Ситуация требовала установления строгой дисциплины и непротивления общества проводимым реформам, а этого можно было достичь в основном введением достаточно суровых мер наказания, учитывая при этом растущую потребность государства в рабочих руках. Все эти обстоятельства делают ссылку более востребованной. В результате на протяжении всего последующего времени наблюдается процесс расширения круга преступлений, за которые она назначалась. Так, указ, данный Стрелецкому приказу от 14 февраля 1700 г. гласит, что за ношение остроконечных ножей и торговле ими «учинить им купцам и продавцам наказанье, бить кнутом и ссылать в ссылку…» [9]. Указ от 15 июля 1700 г. предписывает наказывать должника: «а буде с того правежу платить не станет: и его бить кнутом и сослать в Азов…». «Наказныя статьи Нерчинскому Воеводе» предписывают «чтоб никто в Нерчинске и в уезде корчемнаго и продажнаго никакого питья … у себя дома не держали … а у кого вынут питье, и питуха поимают в третие, и на тех людях имать заповеди по сту рублев с человека, и сослать в ссылку на иной город, куды пристойно…» [1].
Одним из первых нормативных актов, регулирующих каторжные работы, является указ от 24 ноября 1699 г. «О наказании посадских людей за взятки с выбранных ими людей к таможенным и кабацким сборам», который предписывал «бить вместо смерти кнутом без пощады и сослать в ссылку в Азов на вечное житье с женами и детьми, и быть им на каторгах в работе…» [8].
Ссылка стала обеспечивать реализацию грандиозных планов по модернизации России, и власти даже заранее планировали поступление осужденных для строительства. Об этом свидетельствует письмо Петра I князю Ф. Ю. Ромодановскому от 23 сентября 1703 г. «ныне же зело нужда есть, дабы несколко тысяч воров (а имянно, если возможно, 2 000 ч.) приготовить к будущему лету, которых по всем приказам, ратушам и городам собрать по первому пути, которые посланы в Сибирь, а ныне еще в Вологде [5, с. 250].
Потребность в рабочей силе привела к расширению круга преступлений, за которые назначались каторжные работы. В Артикуле Воинском каторга назначалась за следующие преступления: уклонение от службы (гл. 7, арт. 63), за злоупотребление служебным положением, наносящем ущерб государству (гл. 8, арт. 65), за совращение малолетних и нетрадиционные отношения (гл. 12, арт. 166), за изнасилование (гл. 12, арт. 167) и др.
Сроки каторжных работ определялись в зависимости от тяжести совершенных преступлений: «до указу» (т. е. до указа об освобождении), «вечно» (т. е. пожизненно), «на срок 20 и 10 лет», «на 3 и 5 лет».
Последующие петровские указы продолжали расширять круг преступлений, за которые полагалась ссылка на каторгу. Генеральный регламент от 28 февраля 1720 г. гласил: «кто по дружбе, или по вражде, или из взяток, или других намерений что пренебрежет, которое ему чинить надлежало, таковым за преступление как высшим, так и нижним надлежит чинить смертная казнь, или вечная на галеру ссылка…» [11]. Указ от 19 января 1721 г. предписывал за «всякие казенные доимки и долги на иноземцах править неотменно, и буде платить платить не будут, имение их, чт. е., обирать все в зачет той доимки, а за достальную ссылать в галерную работу…» [12]. Указ от 10 ноября 1721 г. устанавливал «татям, за первую и за вторую татьбу чинить наказание и свобождать на поруки, как указы повелевают, а за три, вырезав ноздри, ссылать на галеру на вечную работу» [13]. Указы 1722–1724 гг. отправляли в ссылку на вечную каторгу приказчиков и старост за укрывательство беглых крестьян [14], на 20 лет в галерную работу за самовольную вырубку леса от устья Оки вниз как по Волге [15].
В течении XVIII в. расширяется география мест ссылки — в «Сибирь в дальние города» [16], Охотск [17], Рогервик [18], Оренбург [19], Нерчинск [23] и т. д. Сосланных старались использовать на благо государства, определяя их на работы — «галерные», «казенные», «службу, в мастерство и на пашню, кто к чему будет способен», «на заводы», «в рабочий дом».
Указами Елизаветы Петровны 1753–1754 гг. альтернативой смертной казни становится вечная ссылка на каторгу. 13 декабря 1760 г. был принят указ «О приеме в Сибирь на поселение от помещиков, Дворцовых, Синодальных, Архиерейских, Монастырских, купеческих и Государственных крестьян, с зачетом их за рекруты, и о платежах из казны за жен и детей обоего пола тех отправляемых крестьян, по назначенной в сем указе цене» [20]. На основании этого указа помещики получили право самостоятельно отправлять своих крестьян в ссылку на определенные сроки, если ими были совершены различного рода проступки, а затем возвращать обратно: злоупотребление алкоголем, совершение краж и др. Помещики могли отправлять в Сибирь на работы людей в возрасте до 45 лет и способных к выполнению различного рода труда.
Екатерининская эпоха также, как и петровская отмечена реформами, поэтому в этот период по-прежнему существовала потребность в материальных и людских ресурсах. Наряду с ссылкой на каторжные работы при Екатерине II вновь стала применяться ссылка на поселение без работ.
При Павле I была внесена определенность в порядок назначения и отбывания каторжных работ. Указ от 13 сентября 1797 г. «О распределении уголовных и других преступников по важности их в каторжную работу на поселение и в крепостные работы» устанавливал три категории преступников с соответствующими наказаниями за совершение противоправного деяния [21]. Первую категорию составили «смертоубивцы, произносители дерзких слов противу Императорского Величества, возмутители народа и пристанодержатели», которые подлежали ссылке в Нерчинск. Во вторую категорию были зачислены «преступники других родов», ссылаемые в Иркутск для работы на местной суконной фабрике. Третья категория — «осуждаемых к телесным наказаниям и без онаго, за долги и другие преступления» отправляли на работы в крепостях. Особо следует отметить, что ссылка распространялась и на представителей дворянского сословия, о чем свидетельствует указ от 30 апреля 1798 г. «О наказании Графа Девиера и дворян Потуловых за разныя законопротивныя деяния и смертоубийство»: «…Девиера лишить Графскаго титла и дворянскаго достоинства, вывесть на площадь, прочесть ему сентенцию, Сенатом определенную, и сослать в Нерчинск вечно в работу» [22].
Подводя итог сказанному, следует отметить, что в XVII–XVIII вв. происходит становление ссылки как уголовного наказания и неотъемлемого элемента системы уголовно-правовой репрессии. В XVI в. ссылка не имела четкого правового регулирования, ее формой являлось «выбытие вон из земли», т. е. переселение по указанию монарха с места постоянного жительства в другое отдельных противников государя и государства. В XVII в. присоединение новых территорий ставило перед властью задачу по их заселению, хозяйственному и экономическому освоению, что предполагалось осуществлять не только путем привлечения добровольных поселенцев, но и отправкой ссыльного и каторжного элемента. С их помощью администрация планировала укрепить границы России. В XVIII в. задачи, решаемые с помощью ссылки, несколько изменились. Идея колонизации оставалась актуальной, но на первый план выступают утилитарные потребности государства в бесплатной рабочей силе. Доминирующей формой ссылки становится каторга. С отменой смертной казни в 1753 г. ссылка становится ее альтернативой и переходит в разряд основных уголовных наказаний. К концу XVIII в. в условиях территориально растущего государства и проводимых властью реформ ссылка стала применяться за совершение широкого круга преступлений и практиковалась не только в отношении податных сословий, но и дворянства.
1. Mel'nik E. V., Yackova A. P. Ssylka kak vid ugolovnogo nakazaniya po rossiyskomu zakonodatel'stvu XVII v. // Vestnik Moskovskogo universiteta MVD Rossii. 2020. № 8.
2. Nakazanie v russkom prave XVII veka: issled. N. D. Sergeevskogo. SPb., 1887.
3. Pamyatniki russkogo prava. Vyp. 4. Pamyatniki prava perioda ukrepleniya Russkogo centralizovannogo gosudarstva XV–XVII vv. / sost. L. V. Cherepnin. M., 1956.
4. Pamyatniki russkogo prava. Vyp. 6. Sobornoe ulozhenie carya Alekseya Mihaylovicha 1649 g. / sost. K. A. Safonenko. M., 1957.
5. Pis'ma i bumagi imperatora Petra Velikogo. T. 3 (1704–1705). SPb., 1893.
6. PSZRI. Sobr. 1. T. I. № I.
7. PSZRI. Sobr. 1. T. I. № 431.
8. PSZRI. Sobr. 1. T. III. № 1722.
9. PSZRI. Sobr.1. T. IV. № 1758.
10. PSZRI. Sobr.1. T. V. № 3006.
11. PSZRI. Sobr. 1. T. VI. № 3533.
12. PSZRI. Sobr. 1. T. VI. № 3717.
13. PSZRI. Sobr. 1. T. VI. 3847.
14. PSZRI. Sobr. 1. T. VI. 3939.
15. PSZRI. Sobr. 1. T. VI. 4028.
16. PSZRI. Sobr. 1. T. VII. № 5089.
17. PSZRI. Sobr. 1. T. VIII. № 5753.
18. PSZRI. Sobr. 1. T. IX. № 6581.
19. PSZRI. Sobr. 1. T. X. № 7903.
20. PSZRI. Sobr. 1. T. XV. № 11166.
21. PSZRI. Sobr. 1. T. XXIV. № 18140.
22. PSZRI. Sobr. 1. T. XXV. № 18511.
23. Fel'dshteyn G. Ssylka. Ocherki ee genezisa, znacheniya, istorii i sovremennogo sostoyaniya. M. : t-vo skoropech. A. A. Levenson, 1893.
