The study of the formation and further development of vocational education is always relevant, since the study of the past of any process allows us to assess both the positive and negative sides of the phenomenon. Currently, the relevance of the study of the past and present in the development of legal regulation of vocational education in Russia lies in the formation of its own sovereign education system in the current difficult conditions based on all the best that has been in its history. The sovereign education system should be built taking into account the positive experience of legal regulation in our country, which contributes to the restoration of certain successful elements. The formation of the state legal regulation of vocational education in the period of the VI–XVIII centuries is studied. The first normative acts regulating educational relations are investigated. The analysis of legal regulation provides a vision of how private law relations in the field of vocational education have developed towards the public interests of the state. The concept of «vocational education», which has undergone a modification in its historical understanding, is analyzed.
professional education, contractual relations, state regulation, the era of Peter I, the Cathedral Code
Начиная разговор о развитии правового регулирования профессионального образования, следует определиться с понятием этого института. Исследователи полагают, что впервые термин «профессиональное образование» был обозначен в 1863 г. французский министр народного образования Дюрюи, который разделил среднее образование на две категории: классическую, для так называемых либеральных профессий, а также профессиональную — для промышленников, торговых и землевладельческих [1, с. 27].
На сегодняшний день Закон об образовании [2] определяет профессиональное образование как один из видов образования, который направлен на приобретение знаний, умений, навыков и формирование компетенций определенного уровня и объема, позволяющих вести профессиональную деятельность в определенной сфере, по конкретной профессии или специальности. Законодательно закреплено и понятие профессионального обучения, которое тоже признается одним из видов образования, и тоже направлено на приобретение обучающимися знаний, умений, навыков и формирование компетенций, необходимых для выполнения трудовых, служебных функций по конкретной профессии. Исходя из законодательного понятия профессиональное обучение и профессиональное образование, являются практически одним и тем же: и то и другое признается видом образования; и то и другое направлено на приобретение знаний, умений, навыков и формирование компетенций; результаты профессионального обучения и профессионального образования позволяют осуществлять какую-то профессиональную деятельность, т. е. выполнять трудовые или служебные функции по определенной профессии.
Информационные и научные источники по-разному трактуют понятие «профессионального образования». Например, в одних источниках профессиональное образование рассматривается как процесс и результат профессионального становления и развития личности, овладение им знаниями, умениями и навыками по конкретной специальности и профессии [3]. Например, в одних источниках профессиональное образование рассматривается как образование, которое готовит людей к квалификационному ремеслу в качестве ремесленника, к торговле в качестве мещанина, или к работе в качестве техника [4]. Другие источники понимают под профессиональным образованием формирование профессиональных компетенций, соответствующего уровня и объема, позволяющих вести профессиональную деятельность в определенной сфере или выполнять работу по конкретной профессии или специальности [5]. В-третьих источниках профессиональное образование признается подготовкой специалистов разных уровней (начального, среднего и высшего) для работы в определенной сфере деятельности [6]. В международной практике профессиональное образование увязывается с понятием технических навыков, т. е. профессиональное образование — это техническое образование [7]. При этом многие страны исключают из понятия «профессиональное образование» образование, которое реализуется в университетах (т. е. высшее). Другие считают, что профессиональное образование может реализовываться на уровне послесреднего, дополнительного или высшего уровня, а также по системе профессионального ученичества.
В связи с этим, в нашем исследовании термин «профессиональное образование» будет использоваться в историческом ракурсе, нейтрально: как процесс получения навыков профессионального свойства.
Такой подход обусловлен тем, что процесс антропогенеза сопровождался приобретением человеком первых профессиональных навыков: это навыки производства первых орудий труда, навыков охоты, разведения огня, приготовления пищи, обработки земли и т. д. Эти профессиональные навыки передавались молодым поколениям.
Формирование профессиональных навыков у человека выявлено еще в Древней Руси (VI–IX вв., создание Древнерусского государства) [8, с. 20–21]. Этот период характеризуется переходом к земледельческо-скотоводскому хозяйству, отделением ремесленников от земледельцев, которые требовали определенных профессиональных навыков. Подростки до 14 лет проходили специальную подготовку, в процессе которой овладевали умениями изготовления оружия, орудий труда, промыслам и т. д. Подготовка велась под руководством «старцев» — специально выделенных общиной лиц. Заканчивалась такая подготовка своеобразным экзаменом — обрядом инициаций — испытание на пригодность к взрослой жизни. Многие историки указывают на то, что еще в Древней Руси уже имелись и уважались умельцы, которые учили молодое поколение этим профессиональным навыкам [9].
Первые попытки государственного регулирования отношений в сфере профессионального образования указывает документ конца XIV в. — Псковская судная грамота (1397–1467 гг.) [10]. В ст. 102 регламентируется порядок разрешения спора между учеником и мастером по поводу оплаты обучения. Порядок решения проблемы предлагается следующий: для подтверждения наличия долга за учеником предлагается мастеру дать присягу или, наоборот, ученику. Документ свидетельствует о наличии договорных «неписанных» отношений по условиям обучения.
Как институт, имеющий уже некоторое правовое оформление, профессиональное образование сложилось уже только в XVII в. Частное обучение ремеслам оформлялось официальными записями, которые имели признаки правового документа, поскольку в них прописывался срок обучения, обязательства мастера и ученика, включая добросовестное поведение ученика. Назывался такой документ «учебные записки», и он регистрировался в приказной избе [8, с. 20–21]. Такой договор предусматривал, что ученик после завершения обучения обязан был работать в мастерской мастера бесплатно за еду и одежду в течение определенного срока (например, пять лет). Соборное Уложение 1649 г. (ст. 45 гл. ХХ «Суд о холопах») [11] предусматривал регистрацию учеников, отданных в обучение (или работу), в Холопском приказе.
Существовало и государственное профессиональное обучение, которое реализовывалось при царских мастерских Оружейной, Золотой, Серебряной палат, обучение «лекарских учеников» [12, с. 103–118], обучение «администраторов» в Посольском, Поместном и других приказах. Контроль за таким обучение возлагался на администрацию палат. По окончании ученик делал вещь «на образец», т. е. для оценки. Интересным является то, что одновременно обучением ученики выполняли трудовые функции и получали соответствующее вознаграждение за труд [1, с. 27].
Таким образом, можно говорить о начале правовой регламентации профессионального образования. Если изначально профессиональное обучение строилось на условиях семейно-патриархальных традиций и обычаев передачи навыков и умений от отца к сыну, то уже в XIV–XVII вв. складываются договорные ученические отношения, которые требуют правовой регламентации, появляются первые правовые нормы, регулирующие отношения обучения.
Появление первых учебных заведений профессионального образования в стране связано с преобразованиями Петра I [13]. Петровская эпоха ознаменовалась интенсивным развитием промышленности, судостроения, производства металлургического профиля для создания конкурентного вооружения. Так, в начале XVIII в. появились первая артиллерийская, медицинская, инженерная школы в Москве, Морская академия и инженерная школа в Петербурге. Указ Петра I «Об основании школы математических и навигацких наук» [14] от 14 (25) января 1701 г. учреждал математические и навигацкие школы. Подтверждение создания артиллерийской школы можно найти в исследованиях, где выявлено, что в 1706 г. существовала артиллерийская школа в Санкт-Петербурге, в которую учеников присылали из математической и инженерной школы [15], при этом наименование документа в работе автора не приводится. Также появляются в этот период горные школы на Урале.
В те времена учебные заведения утверждались специальными императорскими указами. Например, Указом Петра I от 25 мая 1706 г. было основано медицинское учреждение с первой госпитальной школой в стране [16]. Отдельными актами не регулировалось руководство учебными заведениями, управление просто передавалось в ведение некоторых государственных структур, зачастую не связанных с образованием. Например, в случае с медицинской госпитальной школой, ей управлял Монастырский приказ (орган государственного управления по вопросам духовенства). Первое высшее учебное заведение в Российской империи Академия наук и художеств в Санкт-Петербурге была основана 28 января 1724 г. Указом Петра I с созданием специального проекта Положения об учреждении академии наук и художеств [17].
В этот период времени уже подлежали правовому регулированию некоторые аспекты процесса обучения:
- предусматривалась стипендия («кормовые деньги») обучающимся и имущественное обеспечение («рекрутский мундир») [18; 19];
- срок обучения (до семи лет на суконных фабриках) [20];
- об ответственности обучающихся за прилежное обучение и побег из учебных мест [20];
- проведение квалификационного экзамена по окончании обучения [21];
- регламентировался штат преподавателей и финансовое обеспечение [15].
В государственных документах появились и первые квалификационные требования для замещения государственных должностей. Так, Генеральный регламент 1720 г. [22] (гл. XXXVI) предписывал молодым людям, которые хотят служить при канцелярии, обучаться грамоте и арифметике. Этим же распоряжением было предписано осуществлять контроль за их обучением ответственным по коллегии лицам, а за нарушение учебного режима — наказывать. Следует отметить, что профессиональное обучение в рассматриваемый период не было отделено от общего образования: ученики получали профессиональные навыки одновременно с обучением грамоте, арифметике и т. д.
Крепостное право придавало особый характер отношениям по профессиональному обучению: ученики не были свободны лично: предписывалось прикреплять учеников за фабрикантами как крепостных [23; 24].
Несмотря на то, развитие профессионального обучения в петровские времена, по мнению специалистов [8, с. 20–21], характеризуется отсутствием системы, единого подхода, на что указывает стихийность развития профессиональных учебных заведений, его развитие основано, скорее, на осознании важности формирования касты профессиональных специалистов, все же следует сделать вывод, что появляются правовые нормы, регламентирующие образовательные отношения (сроки обучения, финансовое и имущественное обеспечение обучающихся, их ответственность и т. д.). Особо следует отметить, что такой всплеск развития правового регулирования профессионального образования, несомненно, связан с глобальными реформами Петра Великого по развитию российской промышленности.
Эпоха Петра Великого характеризуется кардинальным преобразованием всех сторон жизни России: экономической, политической, социальной. Все реформы Петра Первого направлены на централизацию правового регулирования отношений. Итогом его реформ стало формирование новой формы правления — абсолютной монархии. Централизация регулирования всех сторон общественных отношений сказалась и на развитии правового регулирования профессионального образования. Впервые можно говорить о том, что профессиональное образование стало регулироваться на государственном уровне, т. е. образовательные отношения стали иметь публичный характер. При этом следует отметить, что регулирование профессиональной подготовки на уровне ремесленного мастерства продолжало носить частноправовой характер.
Несмотря на всеобщую централизацию правового регулирования отношений во времена правления Петра Первого и его приемников, отсутствовал единый государственный орган, регулирующий вопросы профессионального образования. Ни в учебном, ни в административном контексте единой системы профессионального образования не существовало. Профессиональная школа была призвана удовлетворить потребности духовного, военного, морского, горного, медицинского ведомств. При таких условиях не могло сложиться единого управления в сфере профессионального образования, оно было разбито между ведомствами.
В трудах историков имеются упоминания о первых централизованных органах в сфере образования. К ним относят «Комиссию об училищах и признании требующих», организованную в 1768 г. в составе Комиссии о составлении проекта нового уложения. Некоторое время указанная комиссия занималась разработкой проектов об управлении системой образования. В дальнейшем Академией наук предлагала учредить единый орган центрального управления образованием. Однако, эти попытки формирования централизованного управления системой образования не увенчались успехом [25].
К первому государственному органу, ведающему вопросами образования, следует отнести Комиссию об учреждении в России народных училищ [25]. Указом были определены полномочия Комиссии: 1) подготовить общий план народных училищ, включая организацию их управления на местном уровне (в губерниях, городах); 2) подготовка учителей, определение их необходимого количества; 3) подготовка учебной литературы, включая перевод иностранных книг, контроль за их содержанием применительно для российского образования. По мнению современников, Комиссия об учреждении в России народных училищ стала ядром для дальнейшего учреждения Министерства народного просвещения [25].
Исследование исторических документов показывает, что отношения в сфере профессионального обучения (образования) зарождались как частноправовые. В последующем, с развитием промышленности государство все больше обращает внимание на сферу профессиональной подготовки, начиная регулировать эти отношения таким образом, что следует говорить о них как о публичных отношениях. Следует отметить большую роль в этом императора Петра Первого.
1. Vysshee obrazovanie v Rossii: ocherki istorii do 1917 g. / pod red. V. G. Kineleva. M.: NII VO, 1995.
2. Federal'nyy zakon ot 29 dekabrya 2012 g. № 273-FZ «Ob obrazovanii v Rossiyskoy Federacii» // URL://https://online.consultant.ru.
3. URL://https://ru.wikipedia.org/wiki/Professional'noe_obrazovanie.
4. URL://https://en.wikipedia.org/wiki/Vocational_education.
5. URL://https://old.bigenc.ru/education/text/3169815?ysclid=lojsmhqdbt720469146.
6. URL://https://labor_protection.academic.ru/1285/PROFESSIONAL'NOE_OBRAZOVANIE?ysclid=lojsn5yysg424929814.
7. URL://https://www.edglossary.org/career-and-technical-education/.
8. Istoriya professional'nogo obrazovaniya v Rossii. M. : Associaciya «Professional'noe obrazovanie», 2003.
9. Kolpacheva O. Yu. Shkola i obrazovanie Drevney Rusi // Istoriko-pedagogicheskiy zhurnal. 2014. № 4.
10. Pskovskaya sudnaya gramota (1397–1467 gg.). // URL://http://muzeyreform.rf/node/13623.
11. Sobornoe Ulozhenie 1649 g. // URL://http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/1649/20.htm.
12. Ocherki istorii shkoly i pedagogiki mysli narodov SSSR s drevneyshih vremen do konca XVII v. M., 1989.
13. Skorobogatov A. V., Iukov E. A. Istoriya stanovleniya i razvitiya professional'nogo obrazovaniya v Rossii (XVIII–XX vv.) // Professional'noe obrazovanie v Rossii i za rubezhom. 2017. № 2(26). S. 182.
14. Ukazy Petra I Ob obuchenii i uchilischah // URL://http://www.ruscadet.ru/history/doc/p_1.htm.
15. Benda V. N. Nekotorye utochneniya i poyasneniya k voprosu o zarozhdenii i razvitii sistemy podgotovki otechestvennyh artilleriyskih kadrov v pervoy polovine XVIII v. // URL://https://www.reenactor.ru/ARH/PDF/Benda_11.pdf.
16. Del'vig V. S. Mesto i rol' Moskovskogo gospitalya v istorii reformirovaniya rossiyskoy mediciny v 1707–1735 gg. // Obschestvo. Sreda. Razvitie (TerraHumana). 2013. № 1(26). S. 65.
17. Proekt polozheniya. Ob uchrezhdenii Akademii nauk i hudozhestv 1724 g. 22 yanvarya // URL://https://arran.ru/data/pdf/projpol.pdf.
18. O posylke na Tul'skie zavody iz kuznecov molodyh lyudey dlya obucheniya oruzheynomu masterstvu: Senatskiy ukaz ot 5 maya 1714 g. // PSZRI. Sobr. I. T. V. № 2806.
19. O vysylke na Tul'skie oruzheynye zavody dlya obucheniya oruzheynomu delu masterovyh lyudey, kuznecov, slesarey, stolyarov i o dache im kormovyh deneg, provianta i mundira: Senatskiy ukaz ot 11 noyabrya 1713 g. // PSZRI. Sobr. I. T. V. № 2736.
20. Ukaz Petra 1 ot 17 fevralya 1719 g. «Ob otdache sukonnogo zavoda v Moskve v kompaniyu kupcu V. Schegolinu i prochim». Zakonodatel'stvo Petra I. 1696–1725 gg. / sost. V. A. Tomsinov. M. : Zercalo, 2014.
21. Ukaz Petra 1 ot 27 aprelya 1722 g. «O cehah» // PSZRI. Sobr. 1. T. VI. № 3980.
22. General'nyy reglament 1720 g. // URL://http://muzeyreform.rf/node/13639.
23. Ukaz Petra 1 ot 18 iyulya 1722 g. «O ne otdache s fabrik nahodyaschihsya v nih beglyh uchenikov i rabotnikov» // PSZRI. Sobr. 1. T. 6.
24. Ukaz Anny Ioanovny ot 7 yanvarya 1736 g. «Ob ukreplenii za fabrikantami, okazavshimisya u nih na manufakturah lyudey i krest'yan, o nederzhanii bespashportnyh i beglyh i razreshenii pokupat' lyudey i krest'yan bez zemli» // PSZRI. Sobr. 1. T. 9.
25. Rozhdestvenskiy S. V. Istoricheskiy obzor deyatel'nosti Ministerstva narodnogo prosvescheniya. 1902 g. // URL://http://elib.gnpbu.ru/textpage/download/html/?book=rozhdestvensky_istoricheskiy-obzor-deyatelnosti_1902&bookh&ysclid=lomox2w4f1528869514.
