Подвергается критическому анализу категория «объективная истина» в уголовном процессе — как с философско-правовой, так и с уголовно-процессуальной точек зрения. Показывается методологическая уязвимость этой категории и ее теоретическая несовместимость с состязательной моделью правосудия. Особое внимание уделяется положениям ст. 17 УПК РФ, в которых, по мнению автора, законодатель предпринял неудачную попытку уйти от прямого упоминания объективной истины, сохранив при этом ее латентное присутствие. Предлагается концептуальная альтернатива, основанная на признании процессуального равновесия, презумпции недоказанности и идее справедливого (а не «истинного») разрешения уголовного дела. Делается вывод о необходимости нормативной и методологической трансформации процессуального мышления в духе правовой скромности, эпистемологического реализма и гуманистической уголовной политики.
объективная истина, состязательность, уголовный процесс, ст. 17 УПК РФ, судебное познание, правовая методология, уголовная политика
1. Александров А. С. О значении концепции объективной истины // Российская юстиция. 1999. № 1. С. 24.
2. Билалов М. И. Многообразие форм существования истины в совокупном познании: дисс. … д-ра философ. наук. М., 1991.
3. Мизулина Е. Б. Независимость суда еще не есть гарантия правосудия // Государство и право. 1992. № 4. С. 53.
4. Пашин С. А. Проблемы доказательственного права // Судебная реформа: юридический профессионализм и проблемы юридического образования. Дискуссии. М., 1995.
5. Строгович М. С. Материальная истина и доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955.



