сотрудник
Рассматриваются актуальные вопросы формирования стратегии промышленных групп (объединений предприятий) — производителей автоматизированных систем управления и связи двойного назначения на основе современных инновационных моделей НИОКР.
инновационная деятельность, модель «открытых инноваций», НИОКР, промышленные группы (объединения предприятий)
В начале 2000-х гг. в Российской Федерации была принята стратегическая программа совершенствования ОПК государства, и на этой основе — дальнейшего развития его Вооруженных сил. В результате намеченных преобразований в оборонно-промышленном комплексе за прошедшие десятилетия обеспеченность Вооруженных Сил и других силовых структур новыми образцами, типами и видами вооружения, военной и специальной техники (ВСВТ) достигло 85 %, при этом за Россией, по-прежнему сохраняется статус одного из мировых лидеров в области военно-технического сотрудничества.
В то же время, военное производство, в российской экономике, как и в зарубежных странах, отличается глубиной научных и технологических заделов. Что разумно разработку и производство вооружения и военной техники, ставить в разрезе создания и увеличения производства современной, конкурентной гражданской продукции. Исходя из этого, высокотехнологическое развития военного сектора отечественной экономики двойного назначения и должно являться его приоритетной целью.
Специальная военная операция в Украине (СВО) еще раз подтвердила, что ключевым направлением модернизации ОПК России, должно являться своевременное обеспечение Вооруженных Сил современными автоматизированными средствами и системами связи, разведки и управления, радиоэлектронной борьбы.
В докладе «Обзоры ОЭСР по инновационной политике: Российская Федерация» (2010) отмечалось, что «Средства государственного бюджета были и остаются важнейшим источником финансирования НИОКР в России, доля частного финансирования здесь все еще невелика. По данным за 2010 г. на гоcбюджет приходилось 66,5 % затрат на эти цели (в то время, как в странах ОЭСР ситуация в точности обратная — в среднем доля предпринимательского сектора там в этих затратах приближается к 70 %)» [1, с. 100]. «К сожалению, — как на то указала Межведомственная рабочая группа по технологическому развитию при Правительственной комиссии по модернизации экономики и инновационному развитию (Институт исследований и экспертизы ВЭБ), — в 2022 г. этот показатель в Росcии вырос до 75 %» [2].
В то же время, последние события у нас в стране, связанные в той или иной степени с проведением СВО, политикой нацеливания экономики на решение оборонных задач, наметился серьезный интерес крупного российского бизнеса к вопросам современного научно-технического обеспечения военных задач. Все чаще стали заметны достижения в собственных научных разработках, в обновлении управления НИОКР в самих корпорациях, и, наряду с этим, — формирование нового уровня деловых и партнерских отношений как с другими заинтересованными хозяйственными структурами, так и государством.
На сегодняшний день основным целеполаганием в свете научных исследований для крупных компаниях является:
- генерация и закрепление неординарных замыслов и концепций;
- модернизация существующих и разработка современной продукции и услуг;
- создание опытных образцов продукции двойного назначения;
- поиск и внедрение инновационных разработок на рынке схожей продукции и смежных отраслей промышленности;
- укрепление взаимодействия заказчиков с исполнителями и др.
Анализ исследуемой проблемы с точки зрения участия крупного бизнеса в дальнейшем продвижении инноваций в области технологического развития военной отрасли экономики, показывает, что, к сожалению, на первом месте до сих пор остается совершенствование имеющихся продуктов и технологий, а не их создание «с нуля».
«Необходимым условием активного внедрения инноваций является завершение предприятиями модернизации для сокращения технологического разрыва с целью снижения издержек и доведения своей продукции до минимально конкурентного уровня. Модернизация путем покупки готовых технологий/производств является приоритетной для направлений, имеющих серьезное технологическое отставание, поскольку позволяет с минимальным риском и меньшими издержками нарастить конкурентоспособность» [3]. Как считают топ-менеджеры некоторых корпораций, модернизация должна опережать инновации. Сегодня значительная часть крупных производственных компаний, в том числе в России, имеют свои научно-исследовательские институты или центры, поставившие перед собой задачу самому создавать конкурентные преимущества, самостоятельно вкладываться в НИОКР.
Для таких крупных объединений предприятий, как, например, АО «Концерн Созвездие», «действующего в специфической отрасли (ОПК), где сохранилась высокая доля использования «советской» технологической базы и модели управления, наиболее остро стоит, прежде всего, проблема снижения издержек» [4].
Отличительной современной моделью, реализуемой крупными международными корпорациями и отечественными группами крупных предприятий, работающих преимущественно в области двойного назначения, является модель так называемых «открытых инноваций» (ОИ). Генри Уильям Чесбро — американский теоретик организаций, один из первых применивший категорию «открытые инновации», отмечает, что «это процесс cсистематического поиска и приобретения внешних источников знаний и технологий, а также эффективное использование этих знаний как внутри самой компании, так и в процессе тесного взаимодействия со сторонними организациями» [5]. Данная модель предполагает обмен знаниями и технологиями как посредством их лицензирования и коммерциализации для внешнего потребления, и обратный процесс приобретения новых компетенций от других субъектов экономической деятельности. Особенно это важно в сфере развития двойных технологий.
Ведущие исследователи американского аналитического агентства Booz & Co Барри Ярузельски и Ричард Холман определи основные «стратегические сферы активности» высокотехнологичных предприятий, являющимися наиболее эффективными, подтверждающими разрабатываемую ими теоретическую модель открытых инноваций [6]. К таким можно отнести развитие процесcных и технологических инноваций на предприятии, в том числе системы управления, информационных технологий, маркетинга и др.; стимулирование процессов открытого обмена инновациями между работниками внутри предприятия и с внешними агентами; построение успешных механизмов взаимодействий с партнерами, потребителями, заказчиками, учебными и научными организациями, венчурными компаниями и др.; формирование системы полезного использования перспективных идей, посредством их стимулирования, отслеживания и контроля; организация работы подразделения, напрямую работающему со всем фондом инноваций.
В то же время «открытость инноваций» не означает их бесплатность. Лицензирование и финансовое вознаграждение — обязательное условие стимулирования их развития.
Сегодня ряд значимых международных корпораций столкнулись с рядом серьезных проблем в области НИОКР, кода расходы на них перестали приносить ожидаемый экономический эффект. Это и повышение издержек на разработку новаций, невозможность сокращения сроков их освоения, ускоренная их амортизация, завершение лицензий и др.
Это потребовало от крупных компаний принятия кардинальных мер по преодолению сложившихся негативных тенденций, направленных на формирование соответствующих эпохе научных компетенций организаций.
«До 2022 г. российская стартап-экосистема показывала рекордное развитие. К концу 2021 г., по данным МТС, объемы рынка российского венчура составили почти 1,8 млрд долл. на 217 сделок, это были беспрецедентные показатели. Однако с весны прошлого года ситуация изменилась в худшую сторону. По оценкам Фонда развития интернет-инициатив, рынок венчурного финансирования на сегодня сократился в десять раз» [7]. В то же время уход из России ряда международных компаний открыл новые ниши — в частности, путешествия, b2b-софт, программное обеспечение (ПО) для промышленности и энергетики, облачное ПО, искусственный интеллект и машинное обучение.
В настоящее время наметилась тенденция создания объединений и групп крупных предприятий, при которых происходит не только создание инновационных альянсов на взаимовыгодной организационной трансформации, затрагивающей, в том числе и их внутрифирменные структуры. Например, массовую передислокацию в 2023–2024 гг. производств крупных, технологически развитых европейских компаний в США, в том числе производящих высокотехнологичную военную продукцию. По некоторым данным в Германии — это около двух третей компаний.
Предприятия «пытаются искать возможности для коллабораций со стартапами, проявляют активный интерес к отдельным продуктам или решениям, иногда нанимают целые стартап-команды для того, чтобы они внедряли внутри корпорации те или иные решения». Интерес к стартапам проявляет и средний бизнес. Если в сегменте крупного бизнеса со стартапами работают 90 % компаний, то в среднем — около 30 %, что тоже достаточно много. Во многих компаниях появляются департаменты инноваций, программы акселерации, школы продуктов для работников» [8].
Повышение вычислительных мощностей информационных систем, развитие искусственного интеллекта в НИОКР, становятся общемировыми трендами в сфере создания современных автоматизированных систем управления и связи двойного назначения.
Сегодняшняя инновационная и научно-исследовательская активность крупных компаний явилась следствием, в том числе того, что «Одним из наиболее серьезных изменений в управленческих моделях последнего времени является постепенный распад крупных полностью интегрированных компаний и переход к модели виртуальных интегрированных компаний (VIPCO)» [9].
Отечественным крупным промышленным группам (объединениям предприятий) и прежде всего — корпорациям и холдингам, в целях формирования и реализации передовой инновационной стратегии на базе изменения всей концепции НИОКР, потребуется решать ту же проблему, что и западным высокотехнологичным компаниям в области управления и связи, выпускающим продукцию двойного назначения, а именно, функциональное деление подразделений НИОКР на более компактные и результативные.
Новые VIPCO компании в сфере высоких технологий управления и связи основаны на инновационных интернет-технологиях организации бизнеса, временно объединены в рамках единого виртуального (информационного) пространства, но на разных уровнях партнерских отношений, как с производственными, так и с научными, учебными организациями, государственными органами, учреждениями и предприятиями в различных сферах науки и техники. Создается система, способная на основе координации и эффективного взаимодействия участников оперативно решать поставленные задачи. Данный подход позволил Правительству РФ организовать на основе государственной программы, к 2030 г. увеличение в десять раз производства БПЛА военного и гражданского назначения, так необходимых уже сегодня российским войскам в ходе СВО.
В этой связи становиться актуальным развитие современных форм и практик активного использования новых бизнес-моделей для рассматриваемых нами групп предприятий, к которым можно отнести, например, активное использование патентования и лицензионной деятельности; стандартизации технологий и оборудования; совместная деятельность, в том числе на базе научных и учебных организаций (спиноффы); аутсорсинг; венчурные контракты; инновации, на основе отзывов и рекомендаций конечных потребителей — военнослужащих, управляющих сложными информационно-техническими устройствами в ходе боевых действий в условиях СВО) и др. Присовокупив к этому опыт иностранных компаний, высокотехнологическое оборудование которых успешно используется в ходе военных компаний последних десятилетий, можно сказать, что подобные инновационные практики, реализуемые в их совокупности или в комбинации, позволяют предприятиям, выпускающим продукцию двойного назначения, ориентироваться не только на период ее военного применения, но и более длительный период гражданского применения.
Таким образом, стратегией развития корпоративной стратегии промышленных групп (объединений предприятий) — производителей автоматизированных систем управления и связи двойного назначения следует назвать программу стратегических инноваций, направленных на занятие передовых рыночных позиций в сфере радиоэлектроники, информационных систем и технологий на базе искусственного интеллекта, повышения научно-технологического уровня производственных процессов, организационно-кадрового проектирования, повышение потенциала НИОКР. При этом, эффективность намеченных мер, реализуется только на основе ресурсной составляющей экономики страны — материальной, интеллектуальной, кадровой, в том числе, с учетом фактора (ресурса) времени, как для выпуска современных высокоинтеллектуальных средств ведения войны, так и в ходе ее ведения.
1. Обзоры ОЭСР по инновационной политике: Российская Федерация. М., 2011.
2. Экономика научно-технологического прорыва и суверенитета: Межведомственная рабочая группа по технологическому развитию при Правительственной комиссии по модернизации экономики и инновационному развитию; Институт исследований и экспертизы ВЭБ: науч. доклад. М. : РУДН, 2024.
3. Пояснительная записка к проекту Приказа Министерства труда и социальной защиты РФ «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист по испытаниям и исследованиям в автомобилестроении» (подготовлен Минтрудом России 5 декабря 2016 г.) // URL://https://base.garant.ru/ 56696688/
4. URL://https://sozvezdie-dmr.su/about-us/
5. Генри Уильям Чесбро Открытые инновации: новый императив для создания технологий и получения прибыли от них. Бостон : Издательство Гарвардской школы бизнеса, 2003.
6. Barry Jaruzelski, Richard Holman The Three Paths to Open Innovation // Strategy&Business. 2011. May 23.
7. Волотовская Е. Стартап-шоппинг: зачем корпорации скупают технологии // URL://https://www.forbes.ru/svoi-biznes/522056-startap-sopping-zacem-korporacii-skupaut-tehnologii.
8. Как корпорации ищут инновации у стартапов // URL://https://www.rbc.ru/industries/news/651fc16d9a7947638644566e.
9. Дементьева М. М. Виртуальная корпорация как перспективная форма организации бизнеса // Креативная экономика. 2009. Т. 3. № 4. С. 101–107.
