В настоящей статье рассматриваются вопросы внедрения программного-целевого метода управления в области безопасности дорожного движения и последующий переход на проектный метод управления, анализируются результаты реализации федеральных целевых программ. Отмечаются проблемы и перспективы интеграции программного-целевого и проектного метода управления.
безопасность дорожного движения, государственное управление, программно-целевое управление, проектное управление, программа, проект
Ключевым событием внедрения программно-целевых методов управления в сфере безопасности дорожного принято считать состоявшийся 15 ноября 2005 г. в Москве Президиум Государственного Совета Российской Федерации, в рамках которого отмечена необходимость принятия дополнительных мер по снижения смертности на дорогах нашей страны.
При этом было отмечено, что недостаточно мер, принимаемых только в рамках основной деятельности органов публичной власти[1], требуются дополнительные формы и методы межведомственного и межуровневого управления в рассматриваемой сфере.
Это обусловило разработку концепции федеральной целевой программы «Повышение безопасности дорожного движения в 2006 - 2012 годах» (далее – ФЦП), а также других документов стратегического планирования, где основной упор был сделан на реализацию одного из новых принципов обеспечения безопасности дорожного движения (далее – ОБДД) - программно-целевой подхода [1].
В широком смысле слова под ФЦП понимают увязанный по задачам, ресурсам и срокам осуществления комплекс научно-исследовательских, опытно-конструкторских, производственных, социально-экономических, организационно-хозяйственных и других мероприятий, обеспечивающих эффективное решение системных проблем в области государственного, экономического, экологического, социального и культурного развития Российской Федерации, а также инновационное развитие экономики[2].
Стоит отметить, что реформирование и развитие принципов, инструментов и методов государственного управления неразрывно связаны с реформированием бюджетной сферы.
До ФЦП федеральный бюджет распределялся по функциям и полномочиям органов государственной деятельности, такой механизм распределения называется «управление расходами».
ФЦП были призваны дополнительно внедрить принцип «управление результатами», отличительной чертой которого считается долгосрочность, комплексность и программируемость желаемого результата.
Как справедливо отмечают в научной литературе, новизна принципа «управление результатами» заключается в том, что он нацелен на результат, а не на процесс, планирование по целям, а не статьям, контроль достижения цели, а не отклонений от утвержденной сметы [2].
В Концепции реформирования бюджетного процесса в Российской Федерации в 2004-2006 годах[3] отмечалось, что в рамках «управления ресурсами (затратами)» бюджет формируется путем индексации сложившихся расходов с детальной разбивкой их по статьям бюджетной классификации, а в рамках концепции «управления результатами» бюджет формируется исходя из целей и планируемых результатов государственной политики[4]. Бюджет выделяется не на направление деятельности как таковое (например, обеспечение безопасности дорожного движения), а на конкретный измеримый конечный результат (например, снижение смертности к 2030 году в 3,5 раза).
Первоначально ФЦП существовали автономно, затем в 2010 году началась работа по преобразованию федерального бюджета в программный вид (было более 90% непрограммных расходов[5]). В настоящее время практически 80% федерального бюджета приходится на государственные программы[6].
В соответствии с программой по повышению эффективности бюджетных расходов на период до 2012 года[7] предусматривалось внедрение программно-целевых принципов организации деятельности органов публичной власти, переход к утверждению «программного» бюджета, переход от годового к 3-летнему финансовому планированию (среднесрочному) и т. д[8]. В этот период ФЦП включаются в структуру государственных программ[9].
В Федеральном законе от 28.06.2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации»[10] (далее – ФЗ О стратегическом планировании) в зависимости от уровня управления определены три вида программ: федеральные, региональные и местные. Надо заметить, что до законодательного закрепления соответствующей классификации программы в сфере безопасности дорожного движения фактически уже существовали.
В результате, несмотря на не достижение поставленных целей (за период действия первой ФЦП (2006-2012) удалось сократить число погибших в результате ДТП лишь на 18,9% (планировалось 33%), сам подход был признан успешным, поэтому он нашел свое отражение в новой федеральной целевой программе «Повышение безопасности дорожного движения в 2013-2020 годах»[11], которая вошла в структуру государственной программы «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности».
Целью второй ФЦП являлось снижение в 2020 году числа погибших в ДТП на 28,8% относительно 2012 года, преждевременное достижение указанного показателя послужило основанием постановки более амбициозных целей, не дожидаясь ее завершения, что нашло свое отражение в Стратегии безопасности дорожного движения в Российской Федерации на 2018-2024 годы[12] (далее – Стратегия).
В результате показатели снижения дорожно-транспортной летальности, закрепленные во второй ФЦП, были приведены в соответствии со Стратегией, что обусловило необходимость снижения смертности в ДТП на 42,8% (вместо 28,8%) в 2020 году[13].
Таким образом, на сегодняшний день реализованы две ФЦП – с 2006 по 2012 год и с 2013 по 2020 год, а с 2019 по 2024 год реализуется национальный проект «Безопасные качественные дороги», что ознаменовало переход системы государственного управления в сфере безопасности дорожного движения на рельсы программно-целевого и проектного управления.
В совокупности за период реализации указанных программ и проектов смертность в ДТП сократить почти в 2,5 раза относительно базового 2004 года (с 34506 до 14504 человек). При это стоит отметить, что указанные успехи были достигнуты на фоне роста парка транспортных средств: уровень автомобилизации с 230 автомобилей на 1000 жителей в 2004 году вырос до 421 автомобиля в 2023 году[14].
Одним из важнейших результатов внедрения программно-целевого подхода к управлению в ОБДД и реализации указанных программ стало изменение отношения всех ветвей власти, общества и граждан к безопасности дорожного движения как к одному из национальных приоритетов.
Анализ реализации ФЦП позволил выявить ряд наиболее проблемных моментов, среди которых следует отметить смещение бремени финансирования на федеральный бюджет, так как не удалось в полном объёме обеспечить привлечение софинансирования со стороны субъектов и муниципалитетов, а также внедрить механизмы распределения субсидий регионам.
При этом, несмотря на увеличение целевых показателей снижения смертности, финансирование ввиду экономических сложностей (кризис 2008 и 2014 годов) неоднократно сокращалось, в результате чего от части первоначально планируемых мероприятий как на федеральном, так и на региональном уровне пришлось отказаться.
Важнейшие решения по дальнейшей оптимизации государственного управления в области безопасности дорожного движения в этот период были приняты на заседании президиума Государственного Совета в марте 2016 года в городе Ярославле[15], где был дан старт разработке указанной выше Стратегии безопасности дорожного движения до 2024 года.
В последующем провозглашенные цели и целевые показатели Стратегии нашли свое отражение в т.н. майском Указе[16], подтвердив тем самым статус одной из целей национального развития Российской Федерации.
Майским Указом определено, что цели национального развития будут достигаться посредством реализации национальных проектов, что ознаменовало повсеместное внедрение проектного управления в государственное управление.
В этой связи, Правительством РФ было принято решение включить План мероприятий по реализации Стратегии[17], предусмотренный п. 2 распоряжения Правительства Российской Федерации от 08.01.2018 № 1-р[18], в национальный проект «Безопасные качественные дороги»[19].
Детальное рассмотрение интеграции проектной и программной деятельности позволяет отметить, что первоначально государственные программы в соответствии с пунктом 3 Порядка разработки, реализации и оценки эффективности государственных программ, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 02.08.2010 г. № 588 (далее – Порядок), включали в себя федеральные целевые программы и подпрограммы (ведомственные целевые программы и основные (отдельные) мероприятия)[20].
Затем появились пилотные государственные программы, которые в соответствии с п. 6 Правил разработки, реализации и оценки эффективности отдельных государственных программ, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 12.10.2017 г. № 1242, формировались на принципах проектного управления[21].
В соответствии с пп. «д» п. 3 вышеназванных Правил пилотные государственные программы включают в себя федеральные проекты, отдельные мероприятия федеральных проектов, ведомственных проектов и ведомственные целевые программы[22].
Таким образом, пилотные Госпрограммы стали посредником трансформации программного-целевого подхода в «классических» Госпрограммах к проектно-целевому подходу.
Национальные проекты в тот момент полноценно не были встроены в систему государственного управления, в том числе в государственные программы и бюджетный процесс. В этой связи, было принято решение встроить в структуру «классических» государственных программ структурную единицу национального проекта – федеральный проект, который, как мы отметили ранее, на тот момент уже входил в структуру пилотных государственных программ.
В п. 3 Порядка были внесены изменения, согласно которым Государственная программа включает в себя ФЦП и подпрограммы, которые, в свою очередь, могут включать федеральные проекты и их отдельные мероприятия[23]. В то же время в соответствии с п. 1 Порядка разработки и реализации ФЦП допускается включение отдельных федеральных проектов и (или) мероприятий, входящих в состав федеральных проектов, в целевые программы[24].
Это, в первую очередь, обусловило необходимость объединения документов государственного планирования с бюджетным планированием, так как в соответствии с п. 2 ст. 172 БК РФ проекты федеральных, региональных и местных бюджетов основываются, в том числе, на соответствующих государственных и муниципальных программах[25].
В рамках государственной программы «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности» федеральный проект был встроен в соответствии с п. 3 Порядка в подпрограмму «Повышение безопасности дорожного движения».
При этом еще одним самостоятельным структурным элементом продолжала оставаться соответствующая профильная ФЦП «ПБДД», в то же время мероприятия по завершению ФЦП «ПБДД» были одновременно указаны в качестве самостоятельного результата федерального проекта.
После пересмотра госпрограммы «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности»[26] она также стала состоять из проектной и процессной части. В проектной части как раз и получил закрепление один федеральный проект «Безопасность дорожного движения» и два ведомственных проекта, связанных со строительством и вооружением МВД России в целом.
Таким образом, мы наблюдаем внедрение проектно-ориентированных подходов в государственное управление в условиях отсутствия четкого правового регулирования структурирования, взаимодействия между собой, предназначения и различий государственных программ, национальных проектов и их структурных элементов.
Стоит отметить, что до сих пор проекты (национальные, федеральные, региональные, ведомственные) даже не упоминаются в ФЗ О стратегическом планировании[27], а правовые и организационные вопросы проектного управления фактически для федеральных органов власти урегулированы только одним профильным постановлением правительства[28] и методическими рекомендациями, для региональных органов власти рекомендуется использовать порядок, разработанный для федеральных органов, а для местных властей – только методические рекомендации.
Данное состояние правового и методического обеспечения проектной деятельности обуславливает возможность более гибких подходов и большой свободы действий заинтересованных субъектов проектной деятельности из числа органов публичной власти.
Вместе с тем, учитывая действующею структуру органов публичной власти, только на федеральном уровне функционирует 68 различных органов исполнительной власти (21 министерство, 29 служб, 18 агентств), а в 89 регионах Российской Федерации образовано более 18 тыс. муниципальных образований, в компетенцию органов публичной власти которых входит решение вопросов в сфере безопасности дородного движения.
Отсутствие единых законодательных основ осуществления проектной деятельности, по нашему мнению, не способствует проведению единой государственной политики как в целом, так и в сфере безопасности дорожного движения в частности, особенно если проблемы, на решение которых направлены проекты, имеют многогранный характер и требуют участия многих ведомств на всех уровнях власти.
Национальным стандартом по проектному менеджменту определяется, что программа представляет собой совокупность взаимосвязанных проектов и другой деятельности, направленных на достижение общей цели и реализуемых в условиях общих ограничений. В то время как проект – это комплекс взаимосвязанных мероприятий, направленный на создание уникального продукта или услуги в условиях временных и ресурсных ограничений [29].
В последующем, как отмечалось, национальные проекты интегрированы с государственными программами Российской Федерации за счет одновременного включения в их структуры федеральных проектов.
Таким образом, в настоящее время национальный проект «Безопасные качественные дороги» состоит из федеральных проектов, которые структурно входят в три государственные программы: «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности»[30], «Развитие транспортной системы»[31] и «Обеспечение обороноспособности страны».
Кроме того, стоит отметить Транспортную часть Комплексного плана модернизации и расширения магистральной инфраструктуры на период до 2024 года[32], которая в соответствии с п. 1(2) постановления Правительства Российской Федерации от 31.10.2018 г. № 1288 тоже реализуется на основе принципов проектного управления[33], а федеральные проекты которого также входят в структуру государственной программы «Развитие транспортной системы».
Нельзя не отметить и другие государственные программы и проекты, которые непосредственно или опосредовано влияют на обеспечение безопасности дорожного движения (здравоохранение, демография, автомобильная промышленность и т.д.).
Так, например, федеральный проект «Развитие системы оказания первичной медико-санитарной помощи», который является структурным элементом национального проекта «Здравоохранение» и государственной программы «Развитие здравоохранения»[34] направлен, в том числе, на совершенствование системы оказания экстренной помощи пострадавшим в ДТП.
Следует констатировать наличие уникальных отличий проектной деятельности от классической программной. Так, национальные проекты курируют заместители Председателя Правительства РФ, в то время как в госпрограммах высшим должностным лицом первоначально были руководители ФОИВ, что, безусловно, не способствовало эффективному решению межведомственных проблем. Теперь государственные программы также отданы под кураторство вице-премьеров[35].
Среди других достоинств следует выделить наличие измеримых целей, индикаторов, контрольных точек, упрощение вопросов принятия управленческих решений, в том числе упрощенные процедуры рассмотрения правовых актов, оптимизацию бюджетных процедур, установление персональной ответственности задействованных должных лиц и так далее.
Как уже отмечали, совершенствование государственного стратегического планирования неразрывно связано с реформированием бюджетного процесса, в этой связи важно отметить, что сейчас в одной из отраслей, прямым образом связанной с безопасностью дорожного движения - дорожном хозяйстве, для реализации масштабных проектов недостаточно трехлетнего бюджетного планирования, в связи с чем был принят пятилетний план дорожной деятельности[36] развития основных транспортных артерий нашей страны. Успешный опыт его реализации может быть учтен в дальнейшем при увеличении сроков бюджетного планирования.
В качестве различий программной и проектной деятельности в специальной литературе чаще всего рассматриваются масштаб и целевое предназначение: проект нацелен на достижение какого-либо конкретного единичного результата, программа интегрирует результаты отдельных проектов для достижения более масштабных целей и получения ожидаемых измеримых выгод и других положительных результатов [3].
По-нашему мнению, проектное управление выступает подвидом программно-целевого управления, ознаменовавшего переход от управления затратами на управление по результатам, призванного в современных условиях и возможностях переформатировать публичное управление, в том числе решить вопросы, которые не решило программно-целевое управление, до конца разделив операционную (процессную) и проектную части и поставив во главу угла конкретные измеримые, взаимоувязанные цели и результаты социально-экономического развития нашей страны.
Так же приходится констатировать, что наполнение программ и проектов не всегда отвечает предназначению этих видов документов стратегического планирования. Напомним, что проект направлен на получение уникального результата в условиях временных и ресурсных ограничений, в этой связи представляется не логичным, когда федеральный проект направлен на обеспечения основных материальных потребностей органа власти, тогда как такой вопрос должен быть ранее решен в рамках процессной части соответствующих профильных программ. В этой связи следует отметить, что предшествующее недофинансирование основных потребностей органов власти при получение дополнительных ресурсов в рамках проектной деятельности, которые должны быть направлены на получение уникального результата, будут потрачены, в первую очередь, на основные потребности.
К сожалению, приходится констатировать, что сфера безопасности дорожного движения не стала исключением и значительные проектные ресурсы также были направлены, в первую очередь, на обеспечение основных материально-технических потребностей.
В этой связи, считаем учет рассмотренной закономерности ключевой при развитии программно-проектного управления в виде адекватного балансирования и распределения ресурсов программ в рамках процессной и проектной части, а также их соответствие поставленным целям.
Особенно необходимо отметить объедение федеральных и региональных проектов в одно взаимосвязанное управленческое и информационное пространство, что позволяет обеспечить единый скоординированный подход на федеральном и региональном уровне в сфере безопасности дорожного движения.
До внедрения проектного подхода целевые показатели отдельных региональных документов стратегического планирования не были синхронизированы с целевыми показателями Стратегии. Например, план мероприятий по реализации Стратегии социально-экономического развития Республики Крым до 2030 года предусматривал социальный риск к 2026 году – 12, к 2030 году – 9, постановление Правительства Удмуртской Республики от 10.10.2014 г. № 383 «Об утверждении плана мероприятий по реализации стратегии социально-экономического развития Удмуртской Республики на период до 2025 года» предусматривало к 2025 году социальный риск – 11,1.
Вместе с тем, анализ региональных проектов в сфере безопасности дорожного движения показывает, что до сих пор в отдельных регионах мероприятия, направленные на повышение безопасности дорожного движения, концентрируются в региональных транспортных или правоохранительных государственных программах, в то время как региональные проекты фактически остаются пустыми, закрепляя только декларируемые цели и результаты, предусмотренные соглашениями без финансирования, что не позволяет полноценно оценить ресурсы, выделяемые государством на повышение безопасности дорожного движения и не способствует эффективному управлению.
Таким образом, переход от «классического» программно-целевого управления к проектно-целевому обусловлен сформировавшимися и находящимися в постоянной динамике факторами внешней и внутренней среды, необходимостью достижения стратегических целей и полноценным завершением перехода от управления «затратами» к управлению «результатами».
Подводя итоги исследования заявленной проблематики подчеркнем, что опыт применения программного и проектного метода управления в области обеспечения безопасности дорожного движения и реализации разработанных на их основе соответствующих документов доказывает их эффективность.
В настоящее время государственные программы и даже федеральные проекты из одного национального проекта в области дорожного движения по своему содержанию и практики реализации имеют ведомственную ориентацию, тогда как проектной подход, как и программно-целевой, призваны обеспечить единый надведомственный характер, что способствует единообразию осуществления государственной политики в сфере безопасности дорожного движения на всех уровнях публичной власти [5].
В этой связи обоснована необходимость интегрировать проектное управление в законодательство о стратегическом планировании, выстроить четкую систему и правовое регулирование построения программно-проектного управления, определить механизмы взаимодействия соответствующих документов, разделить их исходя из предназначения и направленности, тем самым обеспечить повышение их эффективности.
Кроме того, необходимо объединить результаты и мероприятия программ и проектов на федеральном, региональном и местном уровне, направленные на решение вопросов безопасности дорожного движения, в рамках одного информационно-управленческого пространства, а также предусмотреть механизмы комплексного софинансиравония и субсидирование региональных проектов в сфере безопасности дорожного движения, ответственным органом исполнительной власти, не ограничиваясь его уставной компетенцией.
[1] Распоряжение Правительства РФ от 17.10.2005 № 1707-р «О Концепции федеральной целевой программы «Повышение безопасности дорожного движения в 2006 - 2012 годах» // «Собрание законодательства РФ». 24.10.2005. № 43. Ст. 4444.
[2] Постановление Правительства РФ от 26.06.1995 № 594 (ред. от 30.10.2020) «О реализации Федерального закона «О поставках продукции для федеральных государственных нужд» (вместе с «Порядком разработки и реализации федеральных целевых программ и межгосударственных целевых программ, в осуществлении которых участвует Российская Федерация», «Порядком закупки и поставки продукции для федеральных государственных нужд», «Порядком подготовки и заключения государственных контрактов на закупку и поставку продукции для федеральных государственных нужд») // «Собрание законодательства РФ». 10.07.1995. № 28. Ст. 2669.
[3] Постановление Правительства РФ от 22.05.2004 № 249 (ред. от 06.04.2011) «О мерах по повышению результативности бюджетных расходов» (вместе с «Концепцией реформирования бюджетного процесса в Российской Федерации в 2004 - 2006 годах», «Планом мероприятий по реализации Концепции реформирования бюджетного процесса в Российской Федерации в 2004 - 2006 годах») // «Российская газета». № 113. 01.06.2004. Документ утратил силу в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 03.04.2015 № 320, вступившего в силу по истечении 7 дней после дня официального
опубликования (опубликовано на Официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru - 08.04.2015).
[4] Там же.
[5] [Электронный ресурс] URL: http://bujet.ru/article/189590.php.
[6] [Электронный ресурс] https://programs.gov.ru/Portal/home.
[7] Распоряжение Правительства РФ от 30.06.2010 № 1101-р (ред. от 07.12.2011) «Об утверждении программы Правительства РФ по повышению эффективности бюджетных расходов на период до 2012 года» // «Собрание законодательства РФ». 12.07.2010. № 28.
Ст. 3720.
[8] Там же.
[9] Постановление Правительства РФ от 26.06.1995 № 594 (ред. от 30.10.2020) «О реализации Федерального закона «О поставках продукции для федеральных государственных нужд» (вместе с «Порядком разработки и реализации федеральных целевых программ и межгосударственных целевых программ, в осуществлении которых участвует Российская Федерация», «Порядком закупки и поставки продукции для федеральных государственных нужд», «Порядком подготовки и заключения государственных контрактов на закупку и поставку продукции для федеральных государственных нужд») // «Собрание законодательства РФ». 10.07.1995. № 28. Ст. 2669.
[10] Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ (ред. от 31.07.2020) «О стратегическом планировании в Российской Федерации» // «Собрание законодательства РФ». 30.06.2014.
№ 26 (часть I). Ст. 3378.
[11] Постановление Правительства Российской Федерации от 3 октября 2013 г. № 864 «О федеральной целевой программе «Повышение безопасности дорожного движения в 2013-2020 годах» // «Собрание законодательства РФ». 14.10.2013. № 41. Ст. 5183.
[12] Распоряжение Правительства РФ от 08.01.2018 № 1-р «Об утверждении Стратегии безопасности дорожного движения в Российской Федерации на 2018 - 2024 годы». «Собрание законодательства РФ». 29.01.2018. № 5. Ст. 774.
[13] Постановление Правительства РФ от 16.05.2020 № 703 «О внесении изменений в федеральную целевую программу «Повышение безопасности дорожного движения в 2013 - 2020 годах». «Собрание законодательства РФ». 25.05.2020. № 21. Ст. 3283.
[14] Показатель автомобилизации населения в 2023 году рассчитан на основании предварительных данных Росстат о численности населения.
[15] [Электронный ресурс] URL: http: // www.kremlin.ru/events/president/news/51506. Заседание президиума Госсовета по вопросам безопасности дорожного движения 14.03.2016 года.
[16] Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года».
[17] Протокол Правительства Российской Федерации от 11 июля 2018 г. № ДМ-П9-4145.
[18] Распоряжение Правительства РФ от 08.01.2018 № 1-р «Об утверждении Стратегии безопасности дорожного движения в Российской Федерации на 2018 - 2024 годы». «Собрание законодательства РФ». 29.01.2018. № 5. Ст. 774.
[19] Утвержден протоколом президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам от 24.12.2018 г. № 15.
[20] Постановление Правительства РФ от 02.08.2010 № 588 (ред. от 25.12.2018) «Об утверждении Порядка разработки, реализации и оценки эффективности государственных программ Российской Федерации» // «Собрание законодательства РФ». 09.08.2010. № 32.
Ст. 4329.
[21] Постановление Правительства РФ от 12.10.2017 № 1242 (ред. от 16.04.2020) «О разработке, реализации и об оценке эффективности отдельных государственных программ Российской Федерации». (вместе с «Правилами разработки, реализации и оценки эффективности отдельных государственных программ Российской Федерации») // «Собрание законодательства РФ». 23.10.2017. № 43 (Часть II). Ст. 6323.
[22] Постановление Правительства РФ от 12.10.2017 № 1242 (ред. от 16.04.2020) «О разработке, реализации и об оценке эффективности отдельных государственных программ Российской Федерации» (вместе с «Правилами разработки, реализации и оценки эффективности отдельных государственных программ Российской Федерации») // «Собрание законодательства РФ». 23.10.2017. № 43 (Часть II). Ст. 6323.
[23] Постановление Правительства РФ от 08.06.2019 № 746 (ред. от 17.07.2019) «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» // «Собрание законодательства РФ». 24.06.2019. № 25. Ст. 3253.
[24] Постановление Правительства РФ от 26.06.1995 № 594 (ред. от 30.10.2020) «О реализации Федерального закона «О поставках продукции для федеральных государственных нужд» (вместе с «Порядком разработки и реализации федеральных целевых программ и межгосударственных целевых программ, в осуществлении которых участвует Российская Федерация», «Порядком закупки и поставки продукции для федеральных государственных нужд», «Порядком подготовки и заключения государственных контрактов на закупку и поставку продукции для федеральных государственных нужд») // «Собрание законодательства РФ». 10.07.1995. № 28. Ст. 2669.
[25] «Бюджетный кодекс Российской Федерации» от 31.07.1998 № 145-ФЗ (ред. от 15.10.2020) // «Собрание законодательства РФ». 03.08.1998. № 31. Ст. 3823.
[26] Постановление Правительства РФ от 11.09.2021 № 1541 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности» // «Собрание законодательства РФ». 20.09.2021. № 38.
Ст. 6636.
[27] Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ (ред. от 17.02.2023) «О стратегическом планировании в Российской Федерации». «Собрание законодательства РФ», 30.06.2014, № 26 (часть I), ст. 3378.
[28] Постановление Правительства РФ от 31.10.2018 № 1288 (ред. от 21.12.2023) «Об организации проектной деятельности в Правительстве Российской Федерации». (вместе с «Положением об организации проектной деятельности в Правительстве Российской Федерации»). (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2024).
[29] «ГОСТ Р 54871-2011. Национальный стандарт Российской Федерации. Проектный менеджмент. Требования к управлению программой». (утв. и введен в действие Приказом Росстандарта от 22.12.2011 № 1584-ст) // М.: Стандартинформ. 2012.
[30] Постановление Правительства РФ от 15.04.2014 № 345 (ред. от 27.12.2019) «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности» // «Собрание законодательства РФ». 05.05.2014. № 18 (часть IV). Ст. 2188.
[31] Постановление Правительства РФ от 20.12.2017 № 1596 (ред. от 28.09.2020) «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Развитие транспортной системы» // «Собрание законодательства РФ». 01.01.2018. № 1 (Часть II). Ст. 340.
[32] Распоряжение Правительства РФ от 30.09.2018 № 2101-р (ред. от 04.07.2020) «Об утверждении комплексного плана модернизации и расширения магистральной инфраструктуры на период до 2024 года» // «Собрание законодательства РФ». 15.10.2018.
№ 42 (часть II). Ст. 6480.
[33] Постановление Правительства РФ от 31.10.2018 № 1288 (ред. от 10.07.2020) «Об организации проектной деятельности в Правительстве Российской Федерации» // «Собрание законодательства РФ». 05.11.2018. № 45. Ст. 6947.
[34] Постановление Правительства РФ от 26.12.2017 № 1640 (ред. от 17.08.2020) «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Развитие здравоохранения» // «Собрание законодательства РФ». 01.01.2018. № 1 (Часть II). Ст. 373.
[35] Постановление Правительства РФ от 11.09.2021 № 1541 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности» // «Собрание законодательства РФ». 20.09.2021. № 38.
Ст. 6636.
[36] Распоряжение Правительства РФ от 25.12.2023 № 3907-р «Об утверждении перечня мероприятий по осуществлению дорожной деятельности в 2024 - 2028 годах в отношении автомобильных дорог». «Собрание законодательства РФ», 01.01.2024, N 1 (Часть IV), ст. 339.
1. Вопросы теории (управление) // Безопасность дорожного движения. 2023. № 3. С. 6-11.
2. Орлова О.Е. Концепция управления результатами // Руководитель автономного учреждения. 2019. № 3. С. 50 - 56.
3. Козлов А.С. Методология управления портфелем программ и проектов // Монография. М.: Издательство «Флинта». 2011. 194 с.
4. Варпаева И.А., Треушников Р.В. Бюджетирование деятельности вуза в рамках проектно-целевого подхода к управлению // Бухгалтерский учет в бюджетных и некоммерческих организациях. 2018. № 17. С. 26 - 41.
5. Россинский Б.В. Система публичного управления в области обеспечения безопасности дорожного движения // Безопасность дорожного движения. 2024. № 1. С. 6-10.
